- Ее на зачетку ловят! У Дениски-то твоего зачетка есть?

- Как не быть! Так это что же получается? Соврал, выходит, твой Алешка? Ты говорила - в институт потому не поступил, что аппендицит его прошиб. А зачетка откуда?

- Ой! И верно!

- Ох, Матрена, Матрена... И сама бы заметить могла...

Но умен был Евсей Карпович - увидев, как огорчилась подруга, тут же ее и приласкал.

- Я вот что надумал, - сказал он потом. - Сами не справимся. Буду с Дениской говорить.

- Да ты что? Когда ж это домовые у людей помощи просили? Наоборот это мы им помогаем!

- Выходит, настало время, когда и они нам помочь должны. Якушка, говоришь, на твоей стороне?

- А Акимка, подлец, к Халяве переметнулся! Больно умный!

- Хорошо. Ты теперь, Матрена, ступай и с Якушкой переговори. Чтоб вдругорядь его привела и со мной познакомила.

- Ну, ты, Евсей Карпович, не то говоришь. Хочешь, чтобы он все про нас понял?

- Невелика беда. Ты ведь все равно с Лукьяном жить не станешь.

Матренушка хотела было спросить "с чего ты взял?", да вовремя рот захлопнула. Когда такое говорят - лучше всего молчать да кивать, чтобы удачу свою не спугнуть!

Опять же - видела она, что у Евсея Карповича что-то мудрое на уме. И, привыкнув к тому, что ее всегда одергивают словами "у бабы волос долог, да ум короток", Матрена Карповна вопросов задавать не стала.

В конце концов, гонять из дому непрошеных гостей - мужская забота.

* * *

А Евсей Карпович и впрямь обратился к Дениске.

Зная, когда парню возвращаться с дежурства, он закипятил в джезве воду и заварил крепкий чай, изготовил также бутерброд с колбасой.

- Ни фига себе! - удивился Дениска, войдя на кухню. - Кто же это тут без меня хозяйничает?!

- А я и хозяйничаю, - отозвался из-за холодильника Евсей Карпович. Домовой я твой. Третий год совместно проживаем. Показаться не проси этого нам не положено. А разговор у меня к тебе есть.